Архив меток: край Хабаровский

dkphoto: История наводнений в Приамурье

http://dkphoto.livejournal.com/341226.html

Прошлогоднее катастрофическое наводнение на Амуре прошло главной темой моего блога в августе–сентябре. Однако рассказывал я в основном о происходящем на Нижнем Амуре – от Хабаровска до Николаевска. Между тем под удар стихии попали территории практически всего бассейна великой реки; Амурской области и ЕАО пришлось не слаще, чем дальневосточной столице, к тому же у них было меньше времени на экстренные противопаводковые мероприятия.

Впрочем, сейчас я хочу рассказать не о драматических событиях прошлого года, а об истории поединков человека с водной стихией на Верхнем Амуре, то есть на левобережной части бассейна Амура, включающей в себя притоки Зея, Бурея и Архара. За основу возьму изданные филиалом «РусГидро» «Бурейская ГЭС» брошюры «Борьба с наводнениями в Приамурье», «Наводнения верхнего Приамурья» и «Наводнение-2013».

По большому счету история российского освоения Амура неотделима от постоянных столкновений переселенцев с ударами стихии. Для уроженцев западных районов страны характер дальневосточных паводков был неожиданным и непонятным. Если в европейской части страны причиной наводнений чаще всего выступают талые снеговые воды, то на Дальнем Востоке наиболее сильные наводнения связаны с летними муссонными дождями. Случаются они в период с июля по сентябрь, когда приходит летний муссон – ветер, несущий насыщенный влагой воздух от Тихого океана. И переселенцы, успешно пережившие сравнительно слабый весенний паводок, неподготовленными сталкивались со второй, куда более сильной напастью. На границе лета и осени в Приамурье уровень воды в реках поднимается на порою на 5–11 метров над меженью, а стояние паводковых вод на пойме может длиться до полутора месяцев. К слову, на реках бассейна Амура наводнения могут происходить несколько раз в году.

Доктором исторических наук С. Нестеровым, проводившим свои исследования на реке Бурее – одном из беспокойных притоков Амура, были обнаружены остатки поселений древних людей, занесенные толстым слоем песка. Первые же письменные свидетельства катастрофических наводнений в Приамурье датируются уже XVII столетием, когда сюда пришли русские первооткрыватели. Сохранившаяся жалоба на реку, залившую едва возделанные поля и лишившую переселенцев урожая, была написана еще в 1681 году.
Вскоре после этого русские надолго покинули Приамурье. И когда через два века они вернулись сюда вновь, то снова столкнулись с той же бедой.

Современная Амурская область ведет свою летопись с 1858 года. Первыми ее русскими поселенцами были забайкальские казаки. После заключения Айгунского договора, по которому левобережье Амура закреплялось за Россией, они начали обустраивать здесь свои поселения.

«Краткая история Амурского казачьего войска» издания 1912 года рассказывает о первом крупном наводнении, случившемся в 1861 году: «Не успели казаки освоиться с новыми местами, как их постигло несчастие: разливом реки затоплены были пашни, покосы и самые селения. Из станиц, расположенных по верховью Амура, наиболее пострадали: Ваганова, Свербеева и Ушакова, из них последние две пришлось переносить на новые места: Ушакову за 15 верст вверх от бывшего места, Свербееву — на две версты выше… В этих селениях, как расположенных вблизи от берега, на низинах, был потоплен весь засеянный хлеб и сено. У Михайло-Семеновской станицы водой оторвало берег на семьдесят сажен. Убытки были огромные, своего хлеба у казаков не осталось ни одного зерна. Разрешено было переселиться пострадавшим на новые места, а для прокормления семей отпущен был казенный провиант на один год и оказано небольшое денежное вспомоществование по 15 рублей на семью».

Уже через год произошло новое наводнение, и тоже с потерями. А через десять лет – новое, которое и вовсе называли потопом: «Сенокос был в разгаре, как вдруг начались дожди, вода в Амуре стала сперва постепенно прибывать, а затем по телеграфу из Покровки сообщено было, что вода «идет валом». Губернатор, извещенный нарочным, по прибытии в Албазин застал бушевавшую реку выходящей уже из берегов. По ней с шумом мчались дома, сено, лодки, бревна и прочий скарб. Быстро сменявшиеся картины разрушения водою были одна другой печальнее: попадавшиеся селения были все в воде, а некоторых уже не существовало, домашние животные, окруженные водою, сбившись в кучки, ожидали своей гибели, народ бежал в горы…» По улицам Благовещенска ходили пароходы, подвозившие пассажиров к дверям гостиниц.
А перед окончанием XIX века — новый разлив амурских притоков, который вывел из строя незадолго до этого построенную Забайкальскую железную дорогу. 1897-й еще долго вспоминали как год страшной катастрофы.

И только в следующем году было организовано систематическое наблюдение (сейчас его называли бы мониторингом) за уровнем Амура. На Зее гидрометрические посты появились и вовсе лишь в 1901 году.

В XX веке про катастрофические наводнения стали понемногу забывать. С одной стороны, жители Приамурья в значительной мере приспособились к особенности паводкового режима местных рек, переселившись из мест, периодически подвергавшихся затоплению. Они стали распахивать землю не в пойме, а выше, на надпойменных террасах. С другой, – природа позволила перевести дух: многоводные годы сменились маловодными и даже засушливыми.

И хотя в 1917 году на Бурее был отмечен наивысший за весь период наблюдений подъем уровня (данные метеостанции Малиновка), и, вероятно, наводнением были охвачены и другие территории, в истории этот факт остался незамеченным. Социальная катастрофа затмила природную своими масштабом и значимостью.

Новое поколение амурчан, родившееся после наводнений конца прошлого века, столкнулось с новой природной катастрофой в 1928 году, в трудное время, когда в Приамурье еще только начали оправляться от бед, принесенных недавней Гражданской войной. Может, поэтому наводнение 1928 года осталось в памяти как самое страшное наводнение XX века, хотя в пятидесятые годы того же столетия реки поднимались ничуть не ниже. Впрочем, по другому показателю – по величине среднегодового притока – это событие превзошло все последующие. Среднегодовой приток Зеи составил 1450 кубометров в секунду, при том, что в 1956 году этот показатель равнялся «всего» 1300. Повторяемость подобных событий оценивается как один раз в 138 лет…

О размерах катастрофы можно получить представление из репортажей «Амурской правды». 28 июля 1928 года короткими, скупыми «сводками с фронта» она извещала на первой полосе: «На восстановление сообщения с Иркутском работают четыре ремонтных поезда. На перегоне Белоногово – Мих.-Чесноковская все время новые размывы пути»… «Сообщение по ветке вокзал–пристань прекращено, напором воды мост через Бурхановку сорван, а полотно ветки во многих местах размыто»… «С 25 июля прекратилась телеграфная связь с Мазаново, 26-го июля утрачена связь с Красноярово»… «Суражевка затоплена. Жители успели вовремя эвакуироваться. Вода продолжает сильно прибывать и поднялась выше ординара почти на четыре сажени»… «Под Свободным небольшой перерыв железнодорожной линии. Разбушевавшейся рекой Аргой размывается полотно. Линия железной дороги охвачена водою на протяжении 15-и километров». «От Благовещенска до Суражевки затоплено все. Прибыль воды усиливается». «Вышедшей из берегов Томью размывается полотно железной дороги. Александровский РИК мобилизовал в порядке трудповинности 500 человек, которые работают на линии»… «26-го июля, вследствие подъема Зеи и из-за разлива дождей мелких городских речушек, район, прилегающий к заводу «Металлист», залит водой. До самого завода вода не дошла пока на полметра». «В виду ожидающейся с часа на час эвакуации деревень Владимировки и Черемушки горсовет принял все меры к встрече беженцев»… «Вода прибывала с каждым часом, наконец, затопила даже телеграфные провода, над которыми свободно плавали лодки… Во многих местах города глубина достигала четырех метров… По реке плыли дома, сараи, магазины»…

Более всего тогда пострадали поселения на реке Зее. А в городе Зее река практически полностью смыла Романовскую Набережную улицу, контору «Союззолото», здание золотосплавочной лаборатории, лесничество, горное управление, лесопильный завод, милицию, тюрьму, затопила продовольственные склады и, словно поддерживая атеистическую политику новой власти, снесла деревянную церковь. Были «снесены совершенно» зейские деревни Сиян, Успеновка, Петропавловка, Алексеевка, Журбан, Усть-Деп и Заречная Слобода (позже все они вновь отстраивались уже на другом месте) а другие «частично разорены».

Но из берегов в то лето вышла не только Зея, досталось и селам, расположенным на Амуре, и Благовещенску, чьи улицы стали напоминать венецианские. Только в столице Приамурья повреждения разной тяжести получило более 650 домов. Пострадали многие прибрежные села, были размыты железнодорожные пути, прервалась связь с Хабаровском. Не обошлось без человеческих жертв. В Благовещенске нарастала паника перед наступающей водой, газетные публикации были похожи на фронтовые сводки. «Амурская правда» информировала об уровне воды, объявила о сборе денег для пострадавших. Убытки, нанесенные наводнением Амурскому округу, были оценены в 10 миллионов рублей.
Наводнение 1928 года стало основанием для организации научных исследований гидрологического режима Верхнего Амура и его притоков: была расширена сеть гидрологических постов, а в 1932–1933 годах институт «Гидропроект» наметил створы будущих противопаводковых плотин. Однако до строительства ГЭС дело в последующие десятилетия так и не дошло.

Ровно через десять лет после катастрофы 1928 года Зея почти повторила свою выходку. По данным Зейской гидрометобсерватории, среднесуточный приток реки в районе города Зеи на пике паводка в три раза превысил норму. Однако, что примечательно, документальные подтверждения, равно как и газетные сообщения о наводнении того года не обнаружены. То ли другие реки не поддержали тогда Зею, то ли совслужащие боялись приобрести ярлыки паникеров – в годы репрессий это было опасно… Последующее лето в Верхнем Приамурье также отметилось высокой водностью. На этот раз отличилась Бурея: ее уровень поднялся выше ординара почти на 8 метров (данные метеостанции Малиновка). Причем этот паводок случился в необычный для Дальнего Востока сезон, в апреле.

Затем наступило затишье. Относительное, впрочем: на Бурее отмечался подъем уровня на 7,32 м выше нормального в 1945 году. Мелочь, конечно, по сравнению с тем, что здесь бывало…

Стихия вновь напомнила о себе летом 1953 года. Ущерб тогда оказался огромен. Только для треста «Амурзолото» наводнение обернулось убытками на сумму в 2 млн 135,9 тыс. рублей. В разной степени пострадали все прииски, но больше других – расположенные в бассейне реки Селемджи, главного зейского притока.

В одном из многочисленных актов описывается, как проходило это наводнение в районе селемджинского прииска Мын. «В результате прошедших значительных дождей в верховьях реки Селемджи в течение 7 и 6-го августа и проливных в течение 9 и 10-го августа, с 10-ти часов утра 10 августа 1953 года вода в реке Селемджа начала прибывать и к 20 часам подошла валом со значительным превышением нормального уровня, достигшего свыше 2,5 метра.

Наивысший уровень был в 16-00 часов 11 августа 1953 года, который достиг 2,95 метра. При первоначальном разливе реки Селемджи река хлынула в Селемджинскую протоку. Далее вода устремилась к правому берегу, и у самого правого берега, в месте старого русла протоки, проделала новое русло, достигавшего при нормальном уровне воды 1,3 метра. В дальнейшем, при увеличении уровня, вода залила всю пойму протоки и острова до поселка Коболдо и снесла начатое строительством сооружение дамбы, а также все ценности, находящиеся в пойме протоки и на правом берегу ее…»
Далее в документе говорится, что были полностью уничтожены или частично повреждены приисковые автомашины, скрепер иностранного производства, снесены мосты, унесен и поврежден паром, повреждены ЛЭП и дороги…

Вслед произошла целая серия наводнений – 1956-го, 1958-го, 1959 годов, причем наводнением 1958 года был побит рекорд подъема уровня воды в районе Благовещенска.

В июле 1958 года из-за продолжительных ливней уровень воды в Амуре и Зее поднялся на 7–8 метров. Он превысил прежний максимум 1928 года на 37 см. За короткий срок затопило 129 населенных пунктов, 48 из них полностью. Под водой оказалось более четырех тысяч жилых домов. Погибло 125 тысяч гектаров посевов. Общие убытки составили более полумиллиарда рублей.

На борьбу со стихией и эвакуацию государственного имущества поднялись тысячи людей. В течение трех дней было сделано то, что в обычных условиях кажется необыкновенным: на берегах Амура, Зеи и Бурхановки амурчане возвели 17-километровую дамбу высотой от полутора до восьми метров.
Напор воды был сдержан. 17 июля того года областной центр готовился отметить 100-летие. Однако из-за стихийного бедствия юбилейные торжества были перенесены на начало августа.

После наводнения 1958 года было принято решение о строительстве шестикилометровой бетонной набережной Благовещенска как мощного гидрозащитного сооружения. Именно она спасла город во время катастрофического подъема воды в 1984 году.

Наводнения пятидесятых годов послужили толчком возобновления гидрологических исследований. С 1955 года в Приамурье работала Амурская комплексная экспедиция СОПС АН СССР. Результатом работы экспедиции, изучившей данные гидрологического мониторинга и проведшей исследования створов, стали рекомендации по первоочередному гидростроительству на притоках Амура. Расчеты ученых показали, что строительство противопаводковых плотин в створах рек в итоге менее затратно и более эффективно по сравнению с сооружением противопаводковых обвалований (дамб) вдоль рек. И, кроме того, образующиеся при сборе паводковых вод водохранилища могут служить источником получения электроэнергии.
Каждое новое наводнение, случавшееся в Приамурье, давало толчок для научных дискуссий, касающихся водорегулирования. Эволюция взглядов ученых на проблему, технический прогресс, экономические предпосылки постепенно подвигали власти к принятию решения о начале строительства гидроэлектростанций в Приамурье.

Очередным серьезным испытанием для Благовещенска стал 1963 год, когда вышедший из берегов Амур вновь превратил некоторые городские улицы в каналы. Наводнение ускорило начало строительства первой плотины на одном из главных Амурских притоков.

В 1964 году приказом министра энергетики и электрификации СССР была образована дирекция строящейся Зейской ГЭС и управление строительства «ЗеяГЭСстрой». И строительство гидростанции на Зее началось.
В основных данных проектного задания «Ленгидропроекта» по строительству Зейской ГЭС, датированном 1967 годом, отмечается, что катастрофическими наводнениями ознаменовано и начало шестидесятых. Такие случились и в 1961-м, и в 1963-м, и в 1964-м. Кроме того, в начале шестидесятых от Зеи не отставала и Бурея. В 1960-м году ее уровень поднимался на 8,2 м выше нормы, в 1961-м – на 8,56 метра…
Началом частичного регулирования стока реки Зеи можно считать 1975 год, когда на строящейся плотине были закрыты донные затворы и стало заполняться ложе Зейского водохранилища. Но перед этим река еще успела показать свой норов. В 1972 году она вновь затопила город Зею. 1970 год также заставил поволноваться и строителей плотины, и тех, кто жил в ее нижнем бьефе. Зато следующий крупный паводок 1976-го года на Зее остался незамеченным: он весь был собран наполняющимся водохранилищем.

Новым испытанием для амурчан стал год 1984-й. Дожди прошли на территории всей Амурской области и в Забайкалье, и все реки вышли из своих берегов. Затопленными оказались села Джалинда, Черняево, Сергеевка, Касаткино, Мазаново, Константиновка, 18 тысяч гектаров посевов.

Это наводнение оказалось сродни потопу 1872 года, когда уровень Амура и Зеи поднимался в ряде наблюдаемых точек более десяти метров выше ординара. Обе реки вновь подтопили Благовещенск.

Вместе с тем, как показал последующий анализ события, масштабы ущерба не стали катастрофичны по причине того, что наводнение было в значительной мере смягчено плотиной на Зее. За два летних месяца, июль и август, Зейское водохранилище собрало 10 кубических километров воды и тем самым спасло Приамурье от тяжелых последствий.

Одновременно стало понятно, что одна речная плотина не может гарантированно защитить население от стихии. Построенная в верхней части реки Зейская ГЭС способна регулировать только 43% годового стока Зеи, а расположенные ниже реки Уркан, Деп и Селемджа, в сумме дающие не меньшую величину годового стока, способны привести к крупным наводнениям.

Крупное наводнение плотина Зейской ГЭС предотвратила в 2007 году. Паводок начался в первой половине июля, а 16 июля приток в водохранилище составил уже 14120 кубометров в секунду. Уровень воды в водохранилище повышался едва ли не на глазах, а дожди не прекращались.

«Амурская правда» писала: «…Пик пришелся на 19 июля: ежесекундно в верхний бьеф проливалось уже 15200 кубометров. Уровень водохранилища площадью почти 2,5 тысячи квадратных километров поднялся на сутки на полметра… Метеорологи прогнозировали на июль приточность в пределах двух тысяч кубометров в секунду. Природа распорядилась по-своему…».

Под угрозой оказалась безопасность самого гидросооружения, и впервые за десятки лет на плотине были открыты затворы водосброса.
За время существования плотины люди, жившие ниже ее по течению реки, уже успели забыть об опасности. И, когда уровень Зеи поднялся выше привычных отметок, многие дома в городе Зее и в расположенном неподалеку селе Овсянке, оказались в воде. Те дома, которые появились относительно недавно, уже после строительства Зейской ГЭС. Крупномасштабной катастрофы, которая неминуемо случилась бы, не будь плотины, не произошло, но потери опять пришлось подсчитывать многим…

Но убытки, связанные с наводнениями, продолжают нести и те амурчане, которые живут в удалении от Амура и его крупных притоков. Малые реки тоже оказываются способны причинить большие беды.
В 2006 году, например, за год до нашумевшего «затопления Овсянки», размер ущерба от наводнения подсчитывал райцентр Сковородино, город на севере области, расположенной в долине реки Большой Невер, реки, которую в межень во многих местах можно перейти вброд…

Если угроза наводнений на Зее после строительства ГЭС утратила остроту, на другом крупном притоке Амура – реке Бурее – наводнения продолжались. Убытки от стихии здесь подсчитывали в 1961-м, в 1971-м, в 1972-м, 1975-м годах…

Режим реки Буреи, расположенной в несколько иных физико-географических условиях, отличается от режима Зеи. При том, что паводки, как и на других дальневосточных реках, наиболее часто приходятся на июль и август, период муссонных дождей, годы повышенной водности не всегда совпадают с аналогичными периодами бассейна Зеи. При этом для Буреи характерны большие расходы воды, проходящей через створы и большая скорость набора уровня.

Во время летних муссонных дождей вода в реке может подняться стремительно. Если средний многолетний расход воды в створе плотины Бурейской ГЭС достигает 850 кубических метров в секунду, то в период наводнений он увеличивается до 12–14 тысяч, причем переход от минимальных к максимальным расходам происходит за очень короткое время.

Гидрологичекие наблюдения на Бурее ведутся с 1911 года с перерывом на годы Гражданской войны и последующей разрухи. Зато индустриализация начала 1930-х годов и, главное, наводнение 1928 года привели к мысли о необходимости составления генерального плана электрификации Дальнего Востока, своего рода «дальневосточного ГОЭЛРО». Так, в начале тридцатых на Бурее появились специалисты института «Ленгидропроект». Их разработка осталась только на бумаге. Помешали тому военные конфликты на Дальнем Востоке, а затем и Великая Отечественная. Изыскательские работы возобновились только в середине 1950-х годов. Они позволили установить наиболее перспективные места для строительства ГЭС. В начале 1960-х Минэнерго утвердило схему комплексного использования Буреи. Однако проект увидел свет лишь в 1973 году, а до его реализации оставались еще долгие десятилетия. Мешали и экономические потрясения, и новые наводнения. Так, в 1985 году вода ворвалась в подготовленный за зиму котлован, затопив всю находившуюся в нем технику. Перестройка, развал Союза и разруха 1990-х не способствовали продолжению работ на станции. Всерьез за Бурейскую ГЭС принялись только с образованием (ныне не существующе) РАО ЕЭС. И когда гидростроители все же обуздали строптивую реку, даже при недостроенной – лишь в половину проектной высоты – плотине в 2003 году Бурейскому и Архаринскому районам удалось избежать наводнения. Так в Приамурье появился еще один заслон наводнениям.

Формально Бурейская ГЭС до сих пор не введена в эксплуатацию – завершаются мелкие доделки. Между тем, последний гидроагрегат дал ток еще в 2007 году, и за прошедшее время, по информации «Русгидро», ГЭС уже окупила затраты на строительство.
В начале XX века Приамурье являлось настоящей житницей востока России – зерна на душу населения в ту пору здесь выращивалось почти столько же, сколько на плодородной земле Украины. Столетие спустя Амурская область по-прежнему остается дальневосточной житницей: сейчас ее мощные ГЭС вырабатывают электроэнергию, которая покрывает свыше трети потребления всей Объединенной энергосистемы Востока, включающей в себя Амурскую область, Хабаровский край и ЕАО, Приморский край и южную часть Якутии

Катастрофическое наводнение 2013 года уже вошло в историю как самое крупное из всех известных амурских наводнений. Даже наличие двух крупных плотин на притоках не помешало Амуру установить рекорд подъема уровня у Хабаровска (808 см 4 сентября).

Зейское водохранилище задержало огромный объем воды, но непрекращающиеся дожди в верховьях реки заставили увеличить сбросы ее в нижний бьеф плотины.

Рекордный уровень среднесуточного притока не был достигнут. Максимальный приток составил «всего» 11700 кубометров в секунду. Зато рекордным стал весь объем притока. Во время паводка за два месяца в Зейское водохранилище поступила почти годовая норма воды. Ливневые дожди в то лето шли долго, как никогда ранее. И площадь, которую они охватили, тоже была велика как никогда ранее. По крайней мере никогда за все время наблюдений.

По расчетам гидрологов, благодаря плотине на Зее, у села Белогорье максимальный уровень воды был примерно на метр меньше возможного, а на Амуре ниже Благовещенска он был уменьшен на 70 см. Роль в удержании паводков Бурейской плотиной была заметна лишь в Еврейской автономной области и Хабаровском крае. Гидрологи подсчитали, что если бы не обе плотины, зарегистрированный рекордный максимум паводка в Хабаровске был бы достигнут на неделю–полторы раньше, а затем он был бы и превышен…

С 2010 года ведется активное строительство Нижне-Бурейской ГЭС, входящей в один каскад с расположенной выше Бурейской и предназначенной стать ее контррегулятором и снять ограничения режимов работы, связанные с условиями неподтопления в нижнем бьефе. Планируется, что первый агрегат новой станции будет пущен уже в следующем году. Интересной особенностью строящейся ГЭС является то, что значительная часть напорного фронта будет выполнена грунтовой плотиной с противофильтрационным ядром, что значительно снижает стоимость сооружения.

Всего за последние сто лет на Верхнем Амуре произошло 61 наводнение, из них 9 катастрофических, на Среднем Амуре – 49 и 8 соответственно. Периодичность катастрофических наводнений в среднем составляет 10–12 лет. Между тем история продолжается.

Сейчас активно обсуждается проект строительства на реках бассейна Амура сразу четырех противопаводковых ГЭС. Вопрос достаточно сложный. «Русгидро» признает, что для нужд генерации эти станции региону не нужны – энергосистема Амурской области и без того избыточна, здесь нет потребителей, которыми была бы востребована дополнительная выработка электроэнергии. Передать мощность на большое расстояние тоже не получится – она просто окажется заперта, к тому же не будет востребована ни в Восточной Сибири, ни в КНР. Строительство сразу четырех гидроэлектростанций – проект чрезвычайно затратный, если предположить, что наводнения, от которых они будут защищать, будут происходить с частотой раз в 130 лет. К тому же нельзя забывать негативный экологический эффект от появления новых водохранилищ.

Уровни катастрофических наводнений, отмеченные на каменной набережной Благовещенска

— — —
30 Январь 2014 ria.ru: История энергетики Дальнего Востока http://iv-g.livejournal.com/995520.html
29 Январь 2014 Наводнения на Дальнем Востоке России и в Китае (2013) http://iv-g.livejournal.com/995189.html

Наводнения на Дальнем Востоке России и в Китае (2013)

Наводнения на Дальнем Востоке России и в Китае (2013)

С конца июля 2013 года юг Дальнего Востока России и северо-восток Китая оказались подвержены катастрофическим наводнениям, вызванными интенсивными затяжными осадками, что привело к последовательному увеличению уровня воды в реке Амур. На пике паводка, 3 и 4 сентября, расход воды в Амуре достигал 46 тысяч м³/с, при норме в 18—20 тысяч м³/с. Наводнение таких масштабов произошло впервые за 115 лет наблюдений, и, согласно моделям, вероятность повторения такого события — один раз в 200—300 лет.

Бассейн реки Амур

Причиной наводнений явились аномальные изменения циркуляции воздушных масс над югом российской Сибири и Дальним Востоком (увеличению амплитуды волн Россби), которые могут стать постоянными. Разбалансировка механизма регуляции воздушных масс способствовала формированию мощных циклонов с более длительным периодом существования. Над северной территорией Китая летом доминировали очёнь высокие температуры с высокой влажностью, а над Якутией, напротив, температуры были достаточно умеренными, а воздух сухим. Вызвано это было установлением блокирующего антициклона над западом Тихого океана. Эта блокирующая волна высокого давления остановила циклоны над Приамурьем, не давая им быстро проходить на «кладбище» местных циклонов в Охотском море.

Таким образом, к началу июля 2013 года над Приамурьем сформировалась стационарная высотная фронтальная зона, вдоль которой в течение двух месяцев один за другим перемещались глубокие, насыщенные тропической влагой циклоны, сопровождавшихся сильными ливневыми дождями, в результате чего в Амурской области и Еврейской автономной области с июля по август выпало больше годовой нормы осадков. В итоге активизировались одновременно все паводочные области бассейна Амура: верхний Амур, Зея, Бурея, Уссури и Сунгари. В предыдущие годы одновременная работа всех областей сразу не наблюдалась. Обычно функционировала одна или несколько паводочных областей. Вначале паводковая ситуация образовалась на верхнем Амуре и Бурее, позже, на конец августа она возникла и в бассейнах Сунгари и Уссури.

Другой причиной стала очень снежная зима в районе бассейна Амура и поздняя весна. Вследствие этого, когда начался паводок в середине июля, почва была уже насыщена влагой на 70—80 %, что способствовало формированию паводков практически без потерь. Существует угроза становления этой ситуации на постоянную основу. Свою роль сыграли многолетние лесные пожары и вырубки лесов. Леса выполняют важную водоохранную функцию, задерживая часть осадков.

Вопреки опасениям местных жителей, Зейское и Бурейское водохранилища, расположенные на крупных притоках Амура, при максимальном снижении величин сбросных расходов способствовали смягчению паводковой ситуации, аккумулировав значительный объём стока (8 и 5 км³ соответственно), что, согласно расчётам гидрологов, позволило удерживать уровень реки Амур пониженным более чем на метр на протяжении 2 месяцев, а благодаря Зейскому гидроузлу на пике паводка в бассейне Зеи 31 июля сбрасывалось в 10 раз меньше воды, чем поступало в водохранилище, за счёт чего уровень Зеи держался на 6 метров ниже возможного. На начальном этапе наводнения сыграли свою противопаводковую роль и 6 водохранилищ на реки Сунгари в Китае, позже переключившиеся в транзитный режим.

Хронология подъёма воды на Амуре в районе Хабаровска:
23 августа уровень воды в Амуре достиг 716 см (при том, что критическим считается уровень 600 см, а рекордный уровень, зафиксированный в 1897 году составлял 642 см). Власти готовятся к массовой эвакуации при превышении уровня 780 см. По словам гидрологов к началу сентября уровень воды может достигнуть 830 см.
К 31 августа уровень воды в Амуре в районе Хабаровска достиг отметки 784 см.
К 1 сентября уровень воды достиг отметки 792 см.
4 сентября вода в Амуре поднялась до отметки 808 см.
С 5 сентября отмечено начало снижения уровня воды.
Хронология подъёма воды на Амуре в районе Комсомольска-на-Амуре:
2 сентября уровень воды в реке Амур вблизи Комсомольска-на-Амуре поднялся до 803 см, превысив на 102 см «рекорд» 1959 года.
4 сентября вода в Амуре поднялась до отметки 835 см.
6 сентября вода в Амуре поднялась до уровня 860 см.
7 сентября вода достигла отметки 871 см.
8 сентября вода достигла отметки 882 см.
9 сентября уровень воды 887 см.
10 сентября уровень воды в Амуре 895 см.
11 сентября уровень воды 902 см.
12 сентября уровень воды достиг пика 910 см и в последующие дни пошёл на спад.
23 сентября 2013 г. гребень паводка вышел в Татарский пролив, идёт повсеместный спад уровня воды. В Николаевске-на-Амуре были подтоплены несколько частных домов, затоплена островная часть пос. Маго.


Снимок из космоса бассейна реки Амур в августе 2008 и 2013 года (спутник NASA Terra)


График уровень Амура в Хабаровске и Комсомольске-на-Амуре во время наводнения. Пунктиром обозначены уровни предыдущих рекордов.

— — — —
Фотографии Хабаровска во время наводнения
Оглавление записей
http://dkphoto.livejournal.com/327665.html

http://dkphoto.livejournal.com/2013/08/
http://dkphoto.livejournal.com/2013/09/

dkphoto: #Комсомольск в беде. Неожиданная поездка на КНПЗ


1 Свой пост я решил назвать созвучно хэштэгу в «Твиттере», который помог довести информацию о тяжелейшей ситуации в Комсомольске-на-Амуре до широкой общественности вдали от Дальнего Востока и привлечь-таки внимание федеральных СМИ.

Вместе с тем, я считаю, нужно уметь отделять мух от котлет. На первый взгляд, сейчас в Интернете доминируют две крайности. Одни пишут о массированных выбросах в атмосферу сероводорода, о том, что на улицах Комсомольска люди ходят в марлевых масках и противогазах, все окна завешены мокрыми простынями, а нефтеперерабатывающий завод «Роснефти» (КНПЗ) готовится к банкротству. Другие кричат, будто проблема возникла на пустом месте, ее разжигают оппозиционно настроенные элементы, а простые комсомольчане и знать не ведают ни о каком постороннем запахе в воздухе, живут себе спокойно и лишь удивляются поднятой шумихе.
Мне одинаково далеки обе трактовки событий, тем более что многое удалось увидеть своими глазами, почувствовать своим носом и оказаться в эпицентре происходящего – на упомянутом КНПЗ в составе делегации, участвующей в заседании комиссии по чрезвычайной ситуации (КЧС). Об этом и будет мой рассказ, который я вынуждено разобью на пару частей, пожертвовав объемом информации ради оперативности.

2 Напомню: в ночь на 13 июля многие жители города почувствовали в воздухе неприятный сильный запах, примесь каких-то газов, вызывающих головную боль, сухость в горле и ряд других симптомов. По официальным данным мэрии города, всего за ту ночь по телефону поступило более трехсот жалоб. В последующем ситуация не улучшилась. Выбросы с неприятным запахом усиливались в ночное время, география страдающих от этого районов определялась главным образом капризами ветра. Хуже всего пришлось прилегающим к нефтезаводу кварталам – в первую очередь Индустриальному микрорайону (он же Шестой участок). Дзёмгам доставалось больше и чаще, чем удаленному от КНПЗ Центральному району, куда газ добирался лишь эпизодически. При этом, по официальным данным, содержание вредных веществ в воздухе города превысило предельно допустимые концентрации (ПДК) лишь единожды. Жители Комсомольска сразу же обвинили в своих бедах КНПЗ, но «Роснефть» свою вину безусловно отрицала. Дни шли за днями: проводился мониторинг состава воздуха, комиссии с разной степенью успеха пытались прорваться на завод, рядовые рабочие КНПЗ в основном отмалчивались, хотя кое-какая информация оттуда все же просочилась наружу.
Главным даже не подозреваемым, а обвиняемым стала недавно построенная на заводе установка замедленного коксования (УЗК). В Хабаровске во вторник состоялось совещание КЧС, постановившее отключить УЗК, о чем губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт сообщил в своем «Твиттере». Однако «Роснефть» отказалась выполнять решение комиссии, упирая на то, что превышений ПДК нет. Губернатор решил в срочном порядке выехать в Комсомольск, познакомиться с ситуацией на месте и провести еще одно совещание КЧС непосредственно на заводе.

5 … подъехал один из читателей моего блога, предложивший сводить меня к нефтезаводу ночью, когда выбросы сильнее, чем в дневное время. Мы медленно объехали КНПЗ по широкой дуге, постоянно останавливаясь для фотографирования. Отсутствие штатива здорово ограничило мои возможности по этой части.
Несомненно было одно: сильный неприятный запах, напоминающий отдушку бытового газа, то есть, скорее всего, содержащий в себе значительное количество мекраптанов. Характерный запах сероводорода, напоминающий вонь тухлых яиц, я не ощутил. Не увидел и признаков массовой гибели птиц, слухи о котором слышал в начале недели, разговаривая по телефону со знакомыми комсомольчанами. Зато я убедился, что источником неприятного запаха является завод. Стоило оказаться на подветренной стороне – запах сразу стал почти невыносимым, моментально разболелась голова.

7 Утром туман висел и в центре Комсомольска, однако никаких непривычных запахов в себе не нес, пах совершенно иначе, чем у завода. Жители спешили по своим делам, город жил привычной мирной жизнью.
… комсомольский блогера и журналиста Алексея Ларина mr_anahata, который в начале недели сумел-таки привлечь к беде города внимание СМИ, до того времени не заинтересованных тем, что происходило в Комсомольске-на-Амуре.

8 Первым пунктом программы была встреча губернатора с жителями Индустриального микрорайона – как я уже писал выше, наиболее страдающей от газов части города. Не могу сказать, что собралось очень уж много людей, хотя никаких «фильтров» не было – приглашали всех желающих.

9 Многие, однако, испугались камер и фотоаппаратов. К счастью, нашлись и другие, рассказавшие про отравленный воздух, про то, как задыхаются в своих квартирах ночами, про то, как боятся за своих детей и внуков, вспоминали Чернобыль. В собравшейся небольшой толпе преобладали, конечно, пожилые люди – время было рабочее.

10 Однако вскоре разговор ушел в совсем иное русло. Будто забыв про главную причину встречи, жители неблагополучного Шестого участка стали рассказывать губернатору о других своих наболевших проблемах: о редко ходящих автобусах, оторванности от центра города, о обещанной, но так и не начавшейся газификации жилых домов, об уличной преступности, об ободранных подъездах…

11 Понятно, что они видели во встрече с губернатором редкий шанс пожаловаться на местную власть, но в итог это выглядело так, будто облупившиеся стены подъездов жителей Индустримального микрорайона волнуют куда сильнее, чем постоянное отравление неизвестным газом. А ведь не зря говорят, что если хочешь принизить остроту проблемы, разбавь ее другими жалобами…
Правда, находились и те, кто ругал «молчунов» и пытался вернуть разговор в выбросам с завода. Высказывалось желание увидеться с представителями КНПЗ, но последние не появились. Вспоминали и слова знакомых работников завода, тихонько шептавших, что против Москвы не попрешь.

12 Вячеслав Шпорт пообещал, что примет меры для решения проблемы с газом, ведь для этого он и приехал в город на совещание КЧС.
По бытовым вопросам отдувался в основном мэр Комсомольска Владимир Михалев. Он же рассказывал, что и независимые пробы воздуха также не показали превышения ПДК, значит, нужно искать что-то другое, вещество, наличие которого ранее не анализировалось.

13 А нефтезавод меж тем спокойно дымил в нескольких сотнях метров от жилых домов. Вонь была гораздо слабее, чем ночью, но все равно ощущалась.

14 Следующим пунктом был Комсомольский дом-интернат для престарелых и инвалидов. Он тоже находится не слишком далеко от КНПЗ. И если простые врачи на вопрос о газе ответили утвердительно, то директора и какую-то руководящую даму в белом халате волновало совсем иное: они без конца благодарили губернатора за повышение зарплаты бюджетников, благодарили министра здравоохранения края Александра Витько за эффективную работу, а потом начинали эту шарманку заново. Далеко пойдут, наверное. Даже Вячеслав Шпорт не выдержал и сыронизировал по этому поводу, но демонстрировавшие лояльность его, похоже, не поняли.

16 Утром выяснилось, что «Роснефть» отказывалась пускать журналистов на территорию завода. Руководство КНПЗ вроде бы не возражало, но несколько часов ушло на переговоры с Москвой. В итоге пресс-служба пригрозила, что в таком случае заседание КЧС проведут не на заводе, а в городе. В итоге «Роснефть» пошла на попятный.

17 При встрече на заводе губернатора тут же нарядили в куртку и именную каску с логотипами «Роснефти» – дешевый приемчик из арсенала НЛП. Губернатор, впрочем, каску вскоре снял, а чуть позднее избавился и от спецовки. Слева от Вячеслава Шпорта можно видеть исполняющего обязанности генерального директора ООО «Роснефть – Комсомольский НПЗ» Александра Истамгулова.

18 Во время своеобразной экскурсии по территории завода я очень плохо слышал, что именно говорят губернатору, но было очевидно, что «Роснфть» ушла в глухую «несознанку», утверждая, что завод к выборам никакого отношения не имеет и горожанам никак не вредит.

19 … установка замедленного коксования. Запах около нее таков, что долго находиться рядом просто невозможно. Не представляю, как выдерживают тут работники завода. Впрочем, непроверенная информация говорит о том, что их нередко увозят прямо с рабочих мест кареты «Скорой помощи». Инсайдерские источники поведали мне про женщину из заводской бухгалтерии, которую руководство впоследствии заставило написать объяснительную, мол, никакое это было не отравление газом, просто перебрала алкоголя дома.

20 … мониторят состав воздуха на вредные выбросы. Конечно, по словам руководства, все в порядке. Вот только позднее выяснилось, что контролируется всего десять химических веществ, в число которых входит сероводород, но отсутствуют меркаптаны.

21 Совещание КСЧ отличалось размахом – на заводе находилась делегация «Роснефти» из Москвы. Кроме представителей правительства края, присутствовали представители Роспотребнадзороа, Росприроднадзора, Ростехнадзора, природоохранной прокуратуры.

22 Сначала прозвучала, если можно так выразиться, речь обвинения. Мэр рассказал о жалобах комсомольчан, о пробах, которые, правда, не выявили превышения ПДК.
Ростехнадзор подтвердил, что им было выдано заключение о соответствии УЗК, но когда они захотели провести внеплановую проверку, получили отказ прокуратуры.
Вместе с тем был сделан вывод о недостаточности проверок, необходимости расширить список веществ для анализа, по-хорошему их должно быть не десять, как контролирует завод, а в несколько раз больше – 56. Именно столько химических соединений, согласно проекту, выбрасывается заводом в атмосферу.

23 Природнадзор заявил, что комплекс замедленного коксования не учтен при расчете условий выбросов вредных веществ КНПЗ, на самой установке нарушалась технология, возможны ошибки при проектировании. Выявлены факты нарушения процедуры пуско-наладочных работ. Однако возбудить административное дело можно только после того, как будет точно установлено, что же выбрасывается в воздух. Анализ затрудняет то, что он производится в Хабаровске, куда пробы доставляются из Комсомольска, а долгая перевозка может исказить картину.
Выступавшие рекомендовали вывести УЗК из эксплуатации.
Завод, со своей стороны, каменно стоял на позиции, что превышений ПДК не было, просто посторонний запах в воздухе ни о чем не говорит, и вообще установка работает в штатном режиме еще с 14 июня. Со своей стороны, руководство КНПЗ, по словам Александра Истамгулова, готово всячески сотрудничать с проверяющими для обнаружения причины появления посторонних запахов, взять на себя оплату экспертов, привлечь иностранных специалистов, но настаивает на том, что останавливать УЗК нельзя. Один из аргументов – если выключить установку, невозможно будет понять, что же вызывает появление неустановленного газа.
Затем по требованию «Роснефти» журналистов попросили из зала, что лишь лишний раз подтвердило уверенность в виновности КНПЗ. В противном случае обычно демонстрируют открытость.

24 Прошло более часа, прежде чем губернатор вышел к журналистам объявить решение КЧС.
Оказалось, что как такового решения нет. Вячеслав Шпорт сообщил, что запах, безусловно, является результатом работы новой установки замедленного коксования, но вред от неприятного запаха не установлен. Таким образом нет юридических основания для остановки УЗК.
Также было сказано, что мониторинг воздуха продолжится, будет расширен перечень анализируемых факторов, привлечены эксперты с других заводов, эксплуатирующих аналогичные установки. Некий промежуточный доклад состояния дел состоится в понедельник. Однако это будет не более чем просто контрольная точка.
Иными словами, УЗК продолжит свою работу, время решения проблемы с выбросами не определено и составит, по всей видимости, не менее месяца. Признаться, я совершенно не ожидал такого итога совещания КЧС, был ошеломлен и расстроен. Что именно происходило за закрытыми дверями, можно только догадываться, но насколько догадки будут близки к истине, сказать сложно. Понятно, что КНПЗ – один из крупнейших налогоплательщиков края, а переоценить степень влияния компании «Роснефть» очень сложно. Последняя крайне не заинтересована в остановке УЗК, а тем более всего завода, так как это означает для нее колоссальные потери. Видимо, были использованы все рычаги, чтобы сохранить статус-кво.
http://dkphoto.livejournal.com/279114.html


http://iv-g.livejournal.com/560463.html


http://iv-g.livejournal.com/541982.html

Комсомольский нефтеперерабатывающий завод
Комсомольский нефтеперерабатывающий завод — российский нефтеперерабатывающий завод, расположенный в Хабаровском крае в городе Комсомольск-на-Амуре. Юридическое название: ООО «РН-Комсомольский НПЗ». Занимает значительное место в нефтепереработке на российском Дальнем Востоке.

В 1938 году решением Народного комиссариата топливной промышленности СССР было приянято решение о строительстве НПЗ в Комсомольске-на-Амуре. Предприятие строилось специально для переработки нефти, добытой на Сахалине.

Пуск завода в эксплуатацию состоялся 1 декабря 1942 года. Сразу же предприятие начало поставлять топливо на фронт. Изначально предполагалось, что нефтеперерабатывающий завод будет центром снабжения авиационным топливом Дальневосточного военного округа. Однако, впоследствии от такой концепции функционирования предприятия отказались и Комсомольский НПЗ занял своё место в топливно-энергетическом комплексе Дальнего Востока.

Первые 10 лет существования завод получал сырьё баржами по реке Амур. В 1952 году был введен в эксплуатацию нефтепровод Оха – Комсомольск-на-Амуре.

В начале 90-х годов предприятие было акционировано и включено в состав Роснефти.

В 1999 году была принята программа коренной реконструкции завода. Так, в 2001 году был запущен комплекс каталитического риформинга мощностью 450 тыс. т в год. В 2002 году введены установки изомеризации лёгкой нафты и первичной переработки нефти АВТ-2 мощность 2 млн тонн в год. На данный момент на модернизацию предприятия потрачено более $300 млн.

В 2007 году предприятие переработало 7,02 млн т нефти. Глубина переработки составила 60%. Основные виды продукции предприятия на сегодняшний день: бензин, дизельное топливо, керосин, мазут. Продукция Комсомольского НПЗ не только реализуется на территории российского Дальнего Востока, но и экспортируется в Японию, Южную Корею и Вьетнам.

Предприятие получает сырьё не только по упоминавшемуся нефтепроводу Оха – Комсомольск-на-Амуре, но и западносибирскую нефть, которая поставляется по системе трубопроводов АК «Транснефть» до узловых станций Уяр (неподалеку от Красноярска) и Зуй (рядом с Ангарском) и далее железнодорожным транспортом.

На данный момент реализуется программа модернизации Комсомольского НПЗ. Так, планируется увеличение мощности предприятия до 8 млн. т нефти в год, увеличение глубины переработки нефти до 95%, выпуск продукции, соответствующей стандартам Евро-4 и Евро-5 и др.