Мнения: Изменения в ближневосточной политике

28.01.2013
Исход войны в Сирии может серьезно повлиять на развитие европейского газового рынка. Стороны конфликта поддерживают две конкурирующие державы, которые рассчитывают проложить новый газопровод в ЕС через сирийскую территорию,— Иран и Катар. Судьба «Газпрома» и доходов российского бюджета во многом решается в битвах за Алеппо и Дамаск.

http://www.kommersant.ru/doc/2111080

02.04.2013
Катар открыто объявил о своих планах конкурировать с Россией на рынках газа в Южной Европе. Это было признано премьер–министром, мининдел страны Х.бен Джассемом на Дохийском энергетическом форуме института Брукингза 1 апреля, в ходе которого он заявил о необходимости связать газотранспортную систему Ближнего Востока, то есть таких газодобывающих стран как в первую очередь сам Катар, а также Египет, возможно Ирак и в будущем Иран, с газотранспортной системой Южной Европы, то есть Турции, Болгарии, Румынии, Венгрии, Албании, Греции, Хорватии, Италии и т.д.

Эти планы катарцы вынашивали давно и даже проводили тайные контакты на весьма высоком уровне с потенциальными участниками подобного газового «союза», в частности с Турцией и Ираном, еще в 2010-2011 годах. Однако в Дохе их тщательно скрывали. Официально катарцы заявляли, что основной акцент они намерены делать на поставках сжиженного газа (СПГ), причем на азиатские рынки. Велись переговоры и о строительстве терминалов по приемке катарского СПГ в Европе, включая Турцию, Грецию, Албанию, Польшу и даже Украину. Однако цена вопроса была слишком большой – для этого потребовались бы десятки миллиардов долларов инвестиций. Тут интересен скорее политический аспект. Ведь все указанные страны являются традиционными покупателями российского трубного газа. Это может означать лишь то, что Катар, который на словах говорил одно, на самом деле захотел выдавить «Газпром» с его традиционных рынков сбыта в Южной Европе.

Учитывая, что в Азии быстро растет спрос на СПГ из Катара, который уже заключил соответствующие крупные соглашения в последние 3 года с Индией, Пакистаном, Шри-Ланкой, рядом стран ЮВА, и проблем со сбытом газа у Дохи нет, объяснение столь ее необычному «движению» в Европу одно – сбить цену на российский газ и существенно уменьшить долю российских газовых поставок в Южную Европу. Вполне очевидно, что раз Дохе это не очень то и надо с коммерческой точки зрения, то остается только сделать вывод о том, кому выгодно наносить удар по российским энергетическим интересам в этом регионе. Ответ более чем прост – это нужно США и их союзникам в ЕС, которым давно уже хочется максимально сократить энергетическую зависимость Южной Европы и Турции от России, а заодно подорвать и ее политическое влияние в этом стратегически важном районе. А Катар стал лишь инструментом реализации этой цели.

Но экспорт СПГ быстро не нарастишь, учитывая необходимость гигантских инвестиций в морские терминалы по приемке сжиженного газа, мощности по его регазификации и строительство необходимых резервуаров для его хранения. Гораздо быстрее и дешевле доставлять газ потребителям по суше, тем более что климатические и рельефные условия на Ближнем Востоке делают строительство газопроводов значительно дешевле, нежели их прокладка по дну моря, как в случае с «Северным потоком» и «Южным потоком». Да и этот карликовый эмират совсем близок к Южной Европе: если на карте посмотреть, где находится Катар, а где – Сибирь и Ямал. А заодно можно по пути поставлять газ и другим потребителям, например Иордании и Израилю, о чем катарцы тоже вели закрытые переговоры.

Но на пути строительства этого газопровода встала Сирия. А ее территорию никак не обойти. Поэтому Дохе, которая до 2011 года не имела никаких проблем и противоречий с САР, и даже вкладывала в ее экономику существенные средства – более 8,5 млрд.долл., включая сектор туризма и недвижимости, — вдруг в течение нескольких недель меняет свою позицию и становится самым ярым участником антисирийской коалиции. И дело здесь вовсе не в общей линии по отношению к арабским «революциям» или личным конфликтам на уровне глав государств. Ведь Асад, в отличие от Каддафи, не говорил на саммитах ЛАГ в присутствии других арабских лидеров, что «эмир разжирел как бочка с нефтью и уже не помещается в кресле», или, в отличие от Мубарака, не заявлял о том, что «все население Катара можно разместить в каирском отеле Рамзес — Хилтон». Дело именно в том, что Дохе приказали «прорубить» газопровод в Южную Европу. И последнее заявления Х.бен Джассема сделано не случайно. Ведь в нем заложена и скрытая угроза в адрес России – дескать, будете поддерживать режим Б.Асада, то мы вас уберем с рынков газа Южной Европы. Хотя и без того ясно, что выдавливать Москву из этого региона будут в любом случае.

И тут встает весьма важный вопрос – а зачем тогда Катар пошел на создание Форума стран – экспортеров газа (ФСЭГ) в 2009 году, да еще разместив в своей столице его штаб-квартиру? Как представляется, в свете последних событий тут тоже не может быть сомнений. С одной стороны, чтобы «одурачить» Россию, делая вид, что создан некий механизм координации странами-производителями газа их политики на мировом и региональных рынках, включая ее ценовую составляющую и через некие устные джентльменские договоренности о том, чтобы не «заступать» на территорию друг друга. С другой стороны – чтобы получать максимальную информацию о намерениях России как крупнейшего производителя газа, и затем «докладывать» об этом своим американским покровителям. Ведь на мероприятиях подобного рода организаций всегда происходит доверительный обмен мнениями и информацией. Вот и получается, что не Россия стала ведущим членом ФСЭГ, а Катар, которой смог превратить эту организацию в «форум арабского большинства», способный заблокировать любое решение. А после смены режимов в Египте и Ливии у Дохи появились во ФСЭГ еще и мощные идеологические сторонники. Москва же, к сожалению, пока реально может рассчитывать только на поддержку Ирана, да и то относительную, и Алжира. Ведь ни у кого нет сомнений в том, что после Сирии Запад и ваххабитские монархии Аравии примутся и за «цветную революцию» в Иране.

Нельзя исключать, что в Дохе и Эр-Рияде захотят избавиться и от светского режима в Алжире, в котором радикальные и умеренные исламисты до сих пор имеют весьма солидные позиции. А что будет в Венесуэле – тоже влиятельном члене ФСЭГ – после смерти У.Чавеса, трудно сказать.

Поэтому не стоит делать иллюзий относительно Катара и его потенциальных инвестиций в Россию. Этот эмират сегодня существует и дальше будет укрепляться при поддержке США исключительно как главный газовый конкурент Москвы, сколачивая вокруг себя различного рода союзы для вытеснения нас с энергетических рынков Европы. Но пока держится законное правительство Асада, идти на открытую конфронтацию с РФ Доха боится. Хотя гадит и будет гадить России, давая деньги и оружие вооруженной сирийской оппозиции, а главное – торпедируя все мирные инициативы Москвы по мирному урегулированию сирийского конфликта.
http://www.ru.journal-neo.com/node/120700

03 апреля 2013
Тьерри МЕЙСАН, прогнозирует резкие и парадоксальные изменения ситуации в Ближневосточном регионе,
(в частности, публикации в номерах «Однако» 28 (137) от 8 октября 2012 и 02 (151) от 28 января 2013). Подробнее об этом он рассказывает в интервью Михаилу Леонтьеву.
http://www.odnako.org/magazine/material/show_24851/

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.

%d такие блоггеры, как: